Cлово "ВОДА"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ВОДУ, ВОДЫ, ВОДЕ, ВОДОЙ

1. Вержбицкий Н.К.: Встречи. С Фритьофом Нансеном по Армении
Входимость: 53. Размер: 54кб.
2. Листригоны. VII. Водолазы
Входимость: 23. Размер: 35кб.
3. Мелюзга
Входимость: 22. Размер: 51кб.
4. Конокрады
Входимость: 20. Размер: 54кб.
5. Белый пудель
Входимость: 20. Размер: 64кб.
6. Рассказ о рыбке "раскасс"
Входимость: 17. Размер: 27кб.
7. Морская болезнь
Входимость: 13. Размер: 50кб.
8. Лесная глушь
Входимость: 12. Размер: 62кб.
9. Бредень
Входимость: 12. Размер: 27кб.
10. На реке
Входимость: 11. Размер: 15кб.
11. Листригоны. IV. Белуга
Входимость: 10. Размер: 11кб.
12. Суламифь
Входимость: 9. Размер: 86кб.
13. Одиночество
Входимость: 9. Размер: 21кб.
14. Волков А.А.: Творчество А. И. Куприна. Глава 4. Верность гуманизму. Страница 2
Входимость: 9. Размер: 59кб.
15. Храбрые беглецы
Входимость: 9. Размер: 47кб.
16. Жидкое солнце
Входимость: 8. Размер: 119кб.
17. Листригоны. III. Воровство
Входимость: 8. Размер: 9кб.
18. Гранатовый браслет
Входимость: 8. Размер: 96кб.
19. Мыс Гурон. III. Торнадо
Входимость: 8. Размер: 18кб.
20. На глухарей
Входимость: 8. Размер: 24кб.
21. Поединок (глава 21)
Входимость: 8. Размер: 28кб.
22. Штабс-капитан Рыбников
Входимость: 7. Размер: 77кб.
23. В Крыму (Меджид)
Входимость: 7. Размер: 19кб.
24. Ночная смена
Входимость: 7. Размер: 49кб.
25. Прапорщик армейский
Входимость: 7. Размер: 89кб.
26. Жанета
Входимость: 7. Размер: 128кб.
27. Куприна Ксения: Куприн - мой отец. Глава XXVIII. Письма отца к моей маме
Входимость: 6. Размер: 15кб.
28. Капитан
Входимость: 6. Размер: 19кб.
29. Ю-ю
Входимость: 6. Размер: 25кб.
30. Михайлов О.М.: Куприн. Глава третья. "Поединок"
Входимость: 6. Размер: 81кб.
31. Лазурные берега (сборник путевых очерков). Глава XX. Венеция
Входимость: 6. Размер: 13кб.
32. Вержбицкий Н.К.: Встречи. Сергей Есенин. Под широким небом
Входимость: 5. Размер: 11кб.
33. Молох. Глава VII
Входимость: 5. Размер: 21кб.
34. Груня
Входимость: 5. Размер: 26кб.
35. Корь
Входимость: 5. Размер: 53кб.
36. Лазурные берега (сборник путевых очерков). Глава XVII. Старый город
Входимость: 5. Размер: 13кб.
37. Юг благословенный. IV. Живая вода
Входимость: 5. Размер: 9кб.
38. Фиалки
Входимость: 5. Размер: 15кб.
39. Черная молния
Входимость: 4. Размер: 56кб.
40. Ночная фиалка
Входимость: 4. Размер: 22кб.
41. События в Севастополе
Входимость: 4. Размер: 10кб.
42. Гад
Входимость: 4. Размер: 29кб.
43. Олеся (глава 3)
Входимость: 4. Размер: 21кб.
44. Париж интимный
Входимость: 4. Размер: 9кб.
45. Волков А.А.: Творчество А. И. Куприна. Глава 1. Ранний период. Страница 3
Входимость: 4. Размер: 53кб.
46. Колесо времени (глава 10)
Входимость: 4. Размер: 13кб.
47. Листригоны
Входимость: 4. Размер: 7кб.
48. Листригоны. II. Макрель
Входимость: 4. Размер: 9кб.
49. Маски
Входимость: 4. Размер: 38кб.
50. Юзовский завод
Входимость: 4. Размер: 39кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Вержбицкий Н.К.: Встречи. С Фритьофом Нансеном по Армении
Входимость: 53. Размер: 54кб.
Часть текста: смелую экспедицию через ледяную шапку Гренландии, много месяцев посвятил изучению природных богатств Сибири и Дальнего Востока. Но не только в этом заслуга знаменитого норвежца. После мировой войны 1914-1918 годов он первый заявил о необходимости в кратчайший срок вернуть на родину к родным очагам военнопленных, которых насчитывались сотни тысяч, и сам участвовал в этой сложной работе, потребовавшей огромной настойчивости и дипломатического таланта. Спустя несколько лет Нансен с такой же твердостью поднял в Лиге наций вопрос о возвращении на родину многих тысяч армян-беженцев, спасшихся от уничтожения во время турецкой резни в 1916 году. Для непосредственного ознакомления с этим делом он предпринял еще одно путешествие - в Северную Армению. Сопровождая его в качестве журналиста, я в течение двух недель имел возможность ежедпевпо встречаться и беседовать с человеком редкой душевной красоты и восхитительного мужества, про которого известный мореплаватель X. Свердруп сказал: "Нансен был велик как полярный исследователь, более велик как ученый и еще более велик как человек". Мои воспоминания около сорока лет тому назад были опубликованы в виде беглых газетных корреспонденций. Сейчас я излагаю их подробней в надежде, что они помогут дополнить...
2. Листригоны. VII. Водолазы
Входимость: 23. Размер: 35кб.
Часть текста: Единственный груз — рыбу — скупают на месте перекупщики и везут на продажу за тринадцать верст, в Севастополь; из того же Севастополя приезжают сюда немногие дачники на мальпосте за пятьдесят копеек. Маленький, но отчаянной храбрости паровой катеришка «Герой», который ежедневно бегает между Ялтой и Алупкой, пыхтя, как зарьявшая собака, и треплясь, точно в урагане, в самую легкую зыбь, пробовал было установить пассажирское сообщение и с Балаклавой. Но из этой попытки, повторенной раза три-четыре, ничего путного не вышло: только лишняя трата угля и времени. В каждый рейс «Герой» приходил пустым и возвращался пустым. А балаклавские греки, отдаленные потомки кровожадных гомеровских листригонов, встречали и провожали его, стоя на пристани и заложив руки в карманы штанов, меткими словечками, двусмысленными советами и язвительными пожеланиями. Зато во время Севастопольской осады голубая прелестная бухта Балаклавы вмещала в себе чуть ли не четверть всей союзной флотилии. От этой героической эпохи остались и до сих пор кое-какие достоверные следы: крутая дорога в балке Кефало-Вриси, проведенная английскими саперами, итальянское кладбище на верху балаклавских гор между виноградниками, да еще при плантаже земли под виноград время от времени откапывают короткие гипсовые и костяные трубочки, из которых более чем полвека тому назад курили табак союзные солдаты. Но легенда цветет пышнее. До сих пор балаклавские греки убеждены, что только благодаря стойкости их собственного балаклавского батальона смог так долго продержаться Севастополь. Да! В старину населяли Балаклаву железные и гордые люди. Об их гордости устное предание удержало замечательный случай. Не знаю, бывал ли когда-нибудь покойный император Николай I в Балаклаве. Думаю всячески, что во время Крымской войны он вряд ли, за недостатком времени, заезжал туда. ...
3. Мелюзга
Входимость: 22. Размер: 51кб.
Часть текста: течет речонка Пра, находится фельдшерский пункт. Фельдшер и учитель - единственные люди не здешнего происхождения. Обоих судьба порядочно помыкала по белу свету, прежде чем вела их в этом углу, забытом богом и начальством и отдаленном от остального мира: летом - непроходимыми болотами, зимою - непролазными снегами. Суровая жизнь по-разному отразилась на них. Учитель мягок, незлобив, наивен и доверчив, и все это с оттенком покорной, тихой печали. Фельдшер - циник и сквернослов. Он ни во что на свете не верит и всех людей считает большими подлецами. Он угрюм, груб, у него лающий голос. Оба они из духовного звания, неудавшиеся попы. Фамилия учителя - Астреин, а фельдшера - Смирнов. Оба холостые. Учитель служит в Курше с осени; фельдшер же - второй год. II Установилась долгая, снежная зима. Давно уже..нет проезда по деревенской улице. Намело сугробы выше окон, и даже через дорогу приходится иногда переходить "а лыжах, а снег все идет и идет не переставая. Курша до весны похоронена в снегу. Никто в нее не заглянет до тех пор, пока после весенней распутицы не обсохнут дороги. По ночам в деревню заходят волки и таскают собак. Днем учитель и фельдшер занимаются каждый своим делом. Фельдшер принимает приходящих больных из Курши и из трех соседних деревень. Зимою мужик любит лечиться. С раннего утра, еще затемно, в сенях фельдшерского дома и на крыльце толпится народ. Болезни все больше старые, неизлечимые, запущенные, на которые летом во...
4. Конокрады
Входимость: 20. Размер: 54кб.
Часть текста: видел отраженные с необыкновенной отчетливостью: и прибрежную осоку, и черный зубчатый лес, и горевшее за ним зарево. А на этом берегу, у самой реки, в равном расстоянии друг от друга стояли древние, дуплистые ветлы. Короткие прямые ветки топорщились у них кверху, и сами они - низкие, корявые, толстые - походили на приземистых старцев, воздевших к небу тощие руки. Тонким, печальным свистом перекликались кулички. Изредка в воде тяжело бултыхалась крупная рыба. Мошкара дрожала над водой прозрачным, тонким столбом. Козел вдруг приподнял голову с земли и уставился на Василя оторопелым, бессмысленным взглядом. - Ты что сказал? - спросил он невнятно, хриплым голосом. Мальчик ничего не ответил. Он даже не обернулся на старика, а только медленно, с упрямым, скучающим выражением опустил и поднял свои длинные ресницы. - Скоро придут, - продолжал старик, точно разговаривая сам с собой. - Треба, пока что, покурить. Он вяло перевалился на бок и сел на корточки, по-турецки. На обеих руках у него были отрублены все пальцы, за исключением большого на левой руке, но этим единственным пальцем он ловко и быстро набил трубку, придерживая ее культяпкой правой руки о колено, достал из шапки спички и закурил. Сладковатый, похожий сначала запахом на резеду, дымок махорки поплыл синими струйками в воздухе. - Что же, ты сам видел Бузыгу? - как будто нехотя спросил Василь, не отводя глаз от заречной дали. Козел вынул трубку из рта и, нагнувшись на сторону, звучно сплюнул. - А как же? Известно, сам... Ух, отчаянный человяга. Совсем как я в старые годы. Гуляет по целому селу, пья-а-ный-распьяный... как ...
5. Белый пудель
Входимость: 20. Размер: 64кб.
Часть текста: починок. Играла она две вещи: унылый немецкий вальс Лаунера и галоп из "Путешествий в Китай" - обе бывшие в моде лет тридцать - сорок тому назад, по теперь всеми позабытые. Кроме того, были в шарманке две предательские трубы. У одной - дискантовой - пропал голос; она совсем не играла, и поэтому, когда до нее доходила очередь, то вся музыка начинала как бы заикаться, прихрамывать и спотыкаться. У другой трубы, издававшей низкий звук, не сразу закрывался клапан: раз загудев, она тянула одну и ту же басовую ноту, заглушая и сбивая все другие звуки, до тех пор пока ей вдруг не приходило желание замолчать. Дедушка сам сознавал эти недостатки своей машины и иногда замечал шутливо, но с оттенком тайной грусти: - Что поделаешь?.. Древний орган... простудный... Заиграешь - дачники обижаются: "Фу, говорят, гадость какая!" А ведь пьесы были очень хорошие, модные, но только нынешние господа нашей музыки совсем не обожают. Им сейчас "Гейшу" подавай, "Под двуглавым орлом", из "Продавца птиц" - вальс. Опять-таки трубы эти... Носил я орган к мастеру - и чинить не берется. "Надо, говорит, новые трубы ставить, а лучше всего, говорит, продай ты свою кислую дребедень в музей... вроде как какой-нибудь памятник..." Ну, да уж ладно! Кормила она нас с тобой, Сергей, до сих пор, бог даст и еще покормит. Дедушка Мартын Лодыжкин любил свою шарманку так, как можно любить только живое, близкое, пожалуй, даже родственное существо. Свыкнувшись с ней за многие годы тяжелой бродячей жизни, он стал наконец видеть в ней что-то одухотворенное, почти сознательное. Случалось иногда, что ночью, во время ночлега, где-нибудь на грязном постоялом дворе, шарманка, стоявшая на полу, рядом с дедушкиным изголовьем, вдруг издавала слабый звук, печальный, одинокий и дрожащий: точно старческий вздох. Тогда Лодыжкин тихо гладил ее по резному боку и шептал ласково: - Что, брат? Жалуешься?.. А ты терпи... Столько же, сколько шарманку, может быть, даже немного больше, он любил своих младших ...

© 2000- NIV